8 (913) 136-0710
info@variant-nk.ru
Кемеровская обл., г. Новокузнецк, Бардина, 26/710
Новокузнецк

Из сирот – в бомжи

В Новокузнецке выявлен случай нарушения прав человека на жильё, но чиновники отказались дать парню квартиру

Прокуратура Центрального района вывела на чистую воду должностных лиц органов опеки и попечительства Новокузнецка и работников детского дома 5. Благодаря этим людям, получающим зарплату за заботу об обездоленных детях, на улице без жилья остался бывший воспитанник сиротского учреждения Семён Ишин. Прокурором района внесены Представления в администрацию Новокузнецка и детдом. Увы, должностные лица в ответах прокурору не признали свою вину и не исправили то, что натворили.

Дом – без окон и дверей

В 1999 году Орджоникидзевский районный суд рассмотрел иск органов опеки о лишении родительских прав матери Семёна. Суд установил, что женщина злоупотребляла спиртным, не занималась воспитанием детей (Семёна и его младшего брата), вела аморальный образ жизни, пропивала пенсию на детей по утрате кормильца (отец мальчиков умер), в доме было грязно, там находились постоянные пьяные компании, дети были предоставлены сами себе и голодали. Мать в суд не явилась, и её лишили родительских прав заочно.

Семён воспитывался в детдоме, потом — в профессиональном училище. По его словам, в 14 лет (в 2005 году) он ездил в Орджоникидзевский район посмотреть свой дом. Мать мальчика к тому времени попала в места лишения свободы. А подросток увидел, что их жилище заброшено – в нём нет даже окон и дверей.

Выйдя из учебного заведения, молодой человек жил у знакомых. Все эти годы Семён и его товарищи по несчастью ждали, когда власть предоставит им положенные по закону сиротам квадратные метры. Мало кому чиновники давали жильё оперативно – сирот в стране больше, чем бюджетных средств, выделяемых на реализацию их законных прав.

У сироты нет сестёр

Спустя несколько лет многие сверстники Семёна, знакомые ему по детдому, стали получать комнаты в коммуналках или квартиры. Тогда молодой человек, с помощью старших товарищей, написал в разные инстанции три жалобы с просьбой разобраться, почему не дают жильё и ему. Реакция большинства чиновников на законную просьбу сироты сильно удручает.

После первой жалобы, адресованной в администрацию Новокузнецка, молодому человеку позвонила женщина, назвавшаяся сотрудницей органов опеки. Дама грубо и на повышенных тонах стала упрекать Семёна в том, что он не встал в детском доме в очередь на жильё и поэтому в отличие от своих сестёр до сих пор не получил жилья по своей вине. Хотя в детдоме он был ребёнком, и поставить в очередь сироту должен был социальный работник. Кроме того, собеседница перепутала — у Семёна нет сестёр.

Женщина, позвонившая молодому человеку, пригласила его в администрацию Центрального района, где он долго стоял в длинной очереди в отдел опеки, но так и не смог попасть на приём. После чего чиновница позвонила опять и заявила, что раз Семён не пришёл в администрацию Центрального района, письменный ответ на его жалобу направлен сироте обычной почтой по адресу регистрации. Хотя в жалобе молодой человек сообщал, что его дом разрушен (к тому времени уже сгнил пол и обрушился потолок), и просил связываться с ним по телефону и электронной почте, которую мог проверять у друзей.

Вторую жалобу Семён адресовал в администрацию Кемеровской области. Прошло несколько месяцев, но ответ он так и не получил.

И только после третьей жалобы (направленной прокурору Кемеровской области, уполномоченному по правам человека в Кузбассе, в областное отделение ОНФ и депутатам облсовета) ответы на электронный почтовый ящик сироты посыпались как из рога изобилия. В них сообщалось, что его письмо переслали в другие органы. Но в итоге молодой человек получил и информацию по существу его проблемы.

Чиновники себя не винят

Моё мнение о том, что местным чиновникам проблемы народа неинтересны, укрепилось у меня после того, как я прочитал второй ответ чиновников сироте, который Семёну всё же прислали после его третьей жалобы.

Сироте ответил начальник департамента образования и науки Кемеровской области Артур Чепкасов. Областной чиновник в своём письме сослался на информацию начальника управления опеки и попечительства Новокузнецка Елены Гармашовой. Поэтому, думаю, это послание можно считать ответом обеих структур на обе жалобы сироты, которые он в 2015 году адресовал городским и областным чиновникам.

Изложу трёхстраничный ответ сироте коротко. За Семёном был закреплён дом, в котором он проживал до направления в сиротское учреждение, поэтому у чиновников не было основания поставить несовершеннолетнего сироту на учёт в качестве нуждающегося в жилье. А когда он стал совершеннолетним – должен был самостоятельно обратиться с заявлением о включении в список детей-­сирот, нуждающихся в жилье. Такое обращение он по закону мог подать до 23 лет.

А Семён, как я уже писал выше, сначала ждал предоставления жилья, а обратился к чиновникам (с первой жалобой) спустя примерно полтора месяца после того, как ему исполнилось 23 года.

В своём ответе чиновники не сообщают о состоянии дома. А это – главный момент! Если закреплённый за сиротой дом до совершеннолетия Семёна был бы в пригодном для проживания состоянии – вины чиновников перед сиротой нет. Но молодой человек, повторюсь, утверждает, что в свои 14 лет он уже видел, что дом стоит без окон и дверей. А значит, вполне резонно полагал, что в очередь его, как всех нуждающихся в жилье сирот, поставили, и ожидал положенное ему по закону жильё.

В заключение письма областной чиновник Чепкасов советует Семёну решить вопрос о предоставлении ему жилья по категории «дети­-сироты» в судебном порядке.

Нарушение установлено прокурором

В своих жалобах в городскую и областную администрации Семён сообщал, что у него на руках есть акт обследования жилищно­-бытовых условий, составленный социальным педагогом и воспитателем детского дома. В документе указана причина обследования: закреплённое жильё. Вот что увидели в доме проверяющие: «Дом покосился, нет некоторых окон… В доме никто не проживает». В графе «Заключение» имеется такая запись: «Дому необходим ремонт, можно попробовать поставить на жил. учет».

Обследование проводилось 17 июля 2008 года, когда Семёну было 16 лет.

Ещё один подобный документ нашла прокуратура Центрального района Новокузнецка, проводившая проверку по третьей жалобе сироты. В ответе прокурора говорится: «В соответствии с актом обследования от 21.04.2008 г., жилое помещение признано непригодным для проживания».

Как сказано в письме прокуратуры, опекун Семёна – органы опеки и попечительства Новокузнецка ­ должны были обратиться в межведомственную комиссию, которая даёт оценку соответствия помещения установленным требованиям и признаёт его непригодным для проживания. Работники прокуратуры пишут сироте: «Соответствующие правомочия органами опеки и попечительства г. Новокузнецка, администрацией Детского дома №5 не реализованы, что стало условием нарушения гарантированного законом Вашего права на жилье».

Вывод надзорного органа такой: «Прокурором установлены факты ненадлежащего исполнения служебных обязанностей должностными лицами органов опеки и попечительства г.Новокузнецка, Муниципального образовательного учреждения для дете-й­сирот и детей, оставшихся без попечения родителей «Детский дом №5» (конец цитаты).

Статистика – не самоцель прокуратуры?

Увы, прокуратура, выявив такой вопиющий факт беззакония, ограничилась вынесением Представлений об устранении нарушений законодательства, адресованных начальнику Управления опеки и попечительства администрации Новокузнецка и директору Муниципального казённого образовательного учреждения «Детский дом «Остров надежды» (так теперь называется детский дом №5). Каким образом педагоги и чиновники должны устранить нарушения законодательства? На мой взгляд, по совести – поставить Семёна в очередь сирот на получение жилья, присвоив номер, под которым сирота должен был бы быть зарегистрирован, если бы в 2008 году чиновники и педагоги сделали бы свою работу добросовестно.

Однако в самой прокуратуре, похоже, не верят в наличие совести у чиновников. Потому что в этом же ответе разъясняют Семёну его право восстановить статус нуждающегося в жилье ребёнка­-сироты в судебном порядке.

И прокурорские чины отправляют сироту в суд!

Но у Семёна для этого нет ни юридических познаний, ни денег на сбор доказательств (необходимые справки ­ платные) и оплату услуг адвоката. Выход, на мой взгляд, есть. Прокуроры наделены правом обращаться в суд в защиту прав граждан. Но прокуратура Центрального района отказала в такой помощи сироте, сославшись на ограничение в законе: прокуратура может заступиться в суде только за тех, кому это самостоятельно не по силам (больных, престарелых, недееспособных…).

Однако, во­-первых, в том же законе говорится, что прокурор вправе помочь и тогда, когда гражданин не может сам обратиться в суд и по «другим уважительным причинам». Список этих других причин не указан. Так почему бы обстоятельства, в которых находится сейчас сирота, не признать уважительными причинами?

А во­-вторых, в том же законе говорится, что ограничение на прокурорскую поддержку не распространяется на несколько ситуаций. Одна из них: если прокурор по обращению граждан подаёт исковое заявление для «обеспечения права на жилище в государственном и муниципальном жилищных фондах». А сирота именно в этом и нуждается!

Отказываясь выступить в защиту Семёна в суде, прокуратура, на мой взгляд, умаляет свою добротную проверку, проведённую по жалобе молодого человека. Получается, что не сироте помогли (права Семёна реально не восстановлены), а лишь улучшили показатели в работе – увеличили количество вынесенных представлений. Но разве хорошая статистика, а не помощь людям, является главной целью прокуратуры?

Миф об отзывчивой бабушке

Помощник прокурора Елизавета Оченева, выявившая нарушения прав сироты на жильё, предоставила Семёну копии ответов на подготовленные ею Представления прокурора. Из письма чиновников видно, что установленные прокуратурой нарушения они не признают. А из ответа директора детского дома выходит, что если нарушения и были, то виновны в них – чиновники.

И в обоих ответах вся вина в отсутствии жилья у сироты возлагается на самого сироту! Телефонные звонки заботливых слуг народа он якобы игнорирует. Его приглашали в детдом для беседы и разъяснения его прав – но он не приходит. Но вот такой момент. Приглашения эти якобы неоднократно передавались парню через его бабушку по линии отца Евдокию Ильиничну. Когда Семён прочёл это – у него глаза полезли на лоб: о существовании этой бабушки он ничего не знал!

В общем, получается, что человек в здравом уме, мечтающий о своём уголке, отказывается от помощи в получении бесплатного жилья. Я направлю эту публикацию в Генеральную прокуратуру России и другие компетентные органы. Поверят ли столичные чиновники в версию местной власти?

Михаил Зеленчуков

На снимках: так дом сироты выглядел в ноябре 2011 года.